Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

ДАОССКИЙ ХРАМ НЕБОЖИТЕЛЕЙ

Небесный храм Лун-Шоу-Шань находится в 12 км от Хэйхэ вверх по течению Амура, дорога к нему проходит практически вдоль реки. Он располагается на превосходном месте – по склону большой сопки, так что в немалой степени напоминает традиционные китайские даосские храмы. Главное, на что просто невозможно не обратить внимание, это расположение его элементов на разных уровнях. Хотя этот храм и построен совсем недавно, но эмоций вызывает ничуть не меньше храмов с вековой историей. Хорошо запомнилось, когда экскурсовод нас предупредил: «Не наступайте на порог, заходя в помещения. Просто перешагивайте их!». Даосский храм небожителей – это священное место духовного совершенствования, смирения и поклонения Богам. Здесь должна царить атмосфера покоя и отрешенности от мирской суеты. Всем реликвиям, находящимся в храме должна быть гарантирована безопасность и сохранность. Поэтому имеются определенные ограничения при его посещении:

  • нельзя вносить в храм зажженные свечи и благовония;
  • запрещается фото и видеосъемка фигур божеств;
  • строго запрещается входить в храм с голым торсом;
  • категорически запрещается производить звуки с помощью ритуальных инструментов (например, бить в колокол или барабан);
  • в храме запрещается шуметь.

интересное в Хэйхэ

Даосский храм Небожителей

Краткая информация о даосизме

Даосизм как религиозно-филосовское течение возникло примерно в VI-V вв. до н.э. В это время предположительно жил мудрец Лао Цзы. Человек, которому китайская традиция приписывает создание даосского учения. Хотя, религиозно-филосовские представления древних китайцев начали формироваться задолго до возникновения даосизма – они, возможно, имели много общего с шаманством. По древнекитайскому пониманию, в начале мира существовала единая универсальная субстанция — Ци (сначала мыслившаяся в виде воздушного пара или космического дыхания), наполнявшая Пустоту (Небытие). В какой-то момент она разделилась на два начала: Ян - характеризовалось как светлое и тёмное, Инь - как мутное и холодное. Ян как более лёгкое, взметнувшись вверх, образовало небо, а Инь как более тяжёлое опустилось вниз и образовало землю. Эти два начала (Инь и Ян) самим своим существованием обеспечивали и поддерживали в мире гармоническое равновесие. Но в VI-V вв. до н.э. оказалось, что привычные объяснения уже не дают возможность понять, как себя правильно вести в разных ситуациях, и прежняя модель мира не согласуется с тем, что люди видят вокруг себя. У многих создавалось ощущение, что боги покинули их. Наступило время тех, кто готов был показать правильный путь, помочь сориентироваться в сложной действительности. Одним из таких людей и стал Лао Цзы. Главным трудом Лао Цзы традиционно считается «Книга о Дао и Дэ». Пять тысяч иероглифов, написанные на бамбуковых пластинах, можно было уложить в три повозки! В этой книге кратко излагались основы учения, позже получившего название «даосизм». Была предложена модель мира, где над всеми богами, включая и верховное божество (Небесного Владыку), главенствует таинственная и мощная сила, управляющая вселенной, имя которой — Дао. В этой же книге формулируются и этические нормы, правила поведения каждого, необходимые для осуществления Блага: не кичись заслугами, не унижай слабого, живи в мире и согласии с другими, не желай богатства и роскоши, довольствуйся малым, не кради. Есть здесь и такие практические советы, как: живи не противодействуя Дао, не ломай заданный свыше порядок, чти его, благоговейно следуй ему, и всё само собой выправится. Мысль Лао Цзы, что мир един, теперь стали понимать таким образом, что между небом и землёй нет непреодолимой границы, что, соблюдая определённые правила и законы, можно пересечь её и при жизни. В средние века в Китае возникло множество даосских школ, некоторые из них сохранились до нашего времени. По представлениям даосов, истинный человек является существом, стоящим вне добра и зла. Это соответствует даосскому пониманию истинного состояния мира — пустоте, где нет ни добра, ни зла, ни противоположностей вообще. Стоит лишь появиться добру, как тотчас возникает и его противоположность — зло и насилие. Сложилось несколько кодексов поведения даосов, но большинство из них — под влиянием буддизма; даосы с удовольствием перенимали стройные и чётко продуманные буддийские каноны. Классическими стали пять правил, которые можно встретить практически во всех школах: не убивать, не злоупотреблять вином, стремиться к тому, чтобы речи не расходились с велениями сердца, не воровать, не заниматься развратом. Даосский трактат «Канон Нефритовой чистоты» перечисляет уже десять запретов и одним из самых страшных считается нарушение сыновнего долга, когда «поворачиваешься спиной к отцу или матери». Также нельзя проявлять неуважение к правителю. В современном Китае количество официально зарегистрированных даосских монастырей в несколько раз уступает количеству буддийских обителей. Китаец может быть преданным буддистом и при этом участвовать в даосских магических ритуалах, общаться к гадателям и лекарям-даосам. Даосизм настолько глубоко вошёл в плоть и кровь китайской культуры, в обыденное сознание каждого китайца, что многие некогда закрытые ритуалы превратились в элемент повседневной культовой практики. Например, иглоукалывание тоже когда-то было исключительной принадлежностью именно даосской практики и учения о «циркуляции энергии Ци в человеке». Каждое утро по всему Китаю можно наблюдать множество людей, занимающихся дыхательно-медитативными упражнениями цигун, гимнастикой тайцзицуань («кулак Великого предела»), боевыми искусствами багуа-чжань («ладонь восьми триграмм») и синъицуань («стиль формы и воли»), истоки которых самым непосредственным образом связаны с даосским учением.